Феотудэй

Клишас: введение QR-кодов не противоречит Конституции

«В той мере, в какой необходимо»

В Интернете набирают силу дискуссии вокруг предложения Правительства запретить (пока что с 1 февраля по 1 июня 2022 года) допуск в учреждения, магазины, кафе и на массовые мероприятия людей, у которых нет QR-кодов, подтверждающих пройденную вакцинацию от коронавируса. Резонансным стало заявление экс-депутата Госдумы, а ныне посла России в Кабо-Верде Натальи Поклонской о том, что «QR-коды действительно нарушают Конституцию» и "вообще базовые права человечества, в том числе и те, что закреплены во всеобщей декларации прав человека, принятой 10 декабря 1948 года«.Читайте также:

• Кабмин внёс законопроекты о QR-кодах в Госдуму

• Что грозит за подделку QR-кода

• Голикова пояснила, как получить QR-код не имеющим смартфона

Андрей Клишас, отвечая на вопрос «Парламентской газеты», сослался на часть 3 статьи 55 Конституции, согласно которой "права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства".Одновременно, как отметил глава комитета, в части 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека говорится, что при осуществлении своих прав и свобод каждый человек "должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе«.«Содержание данных норм ясно свидетельствует в пользу принципиальной возможности ограничения прав граждан государством», — заявил Андрей Клишас.Эту позицию поддержала секретарь Общественной палаты Лидия Михеева. При этом в ОП планируют провести большое обсуждение правительственных законопроектов о QR-кодах. «Приглашаем на него и сторонников, и противников вакцинации. Надеемся, и те и другие друг друга услышат», — поделилась своими планами с «Парламентской газетой» Лидия Михеева.

Критерий соразмерности

Между тем и Конституция России, и Всеобщая декларация прав человека ООН закрепляют чёткие критерии, когда ограничения прав и свобод граждан возможны. Как уточнил Андрей Клишас, такие ограничения могут, во-первых, устанавливаться в форме федерального закона, во-вторых, вводиться "только в определённых, общественно значимых целях«.«Таким образом, указанные нормы прямо говорят — если соблюдена правовая форма ограничений, то есть принятие закона, и такие ограничения преследуют легитимную цель (а в Конституции и в Декларации речь идёт об уважении прав других лиц), их введение возможно», — заявил сенатор.Вместе с тем он уточнил: федеральный законодатель, исходя из положений всё той же статьи 55 Конституции, «не обладает полной свободой усмотрения» при ограничении прав граждан. А именно — вводимые ограничения должны отвечать критерию соразмерности, который был выработан в практике Конституционного суда РФ.Согласно правовым позициям КС, такой критерий включает в себя ряд пунктов. Первый — федеральный законодатель не может осуществлять регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания. Второй — государство должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры. Третий — вводимые ограничения должны отвечать требованиям справедливости, являться адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц.Андрей Клишас также подчеркнул, что во избежание несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации, "норма должна быть формально-определённой, точной, чёткой и ясной, не допускающей расширительного толкования установленных ограничений и, следовательно, произвольного их применения«.«Таким образом, введение указанных ограничений относится полномочиям федерального законодателя, который должен отталкиваться от критерия их соразмерности», — резюмировал Клишас.