Феотудэй

Константинов: Мы ушли из Херсона. Но мы обязательно вернёмся

В это не хотелось верить, но, по всей видимости, решение об уходе с правого берега Днепра было принято давно. В чём состоит стратегический замысел наших военных, мы не знаем и не должны знать. Со временем — увидим, тогда и сможем более объективно оценить всю значимость вывода наших войск из Херсона.

Не думаю, что имеет смысл хорохориться и рассказывать всем, что Херсон для нас ничего не значил, что с его потерей мы ничего существенного не утратили. Считаю такие оценки не умными и неуместными в сложившейся ситуации. Замечу, что исходят они не от военных и не от людей, облечённых властью. Ответственные люди так никогда не скажут. Тем более, что это и по сути неверно.

Херсон — это путь на Одессу, это плацдарм на Правобережье. И, по всей видимости, именно то обстоятельство, что в ближайшей перспективе мы не планировали масштабных наступательных операций с этого плацдарма, делало его удержание бессмысленным. Значит, с освобождением Одессы придётся повременить. Наберёмся терпения и поверим нашему военному руководству, что так поступить было целесообразно.

Обращает на себя внимание, что уход из Херсона — это военное, а не политическое решение. Политическое могло заключаться в превращении города в неприступную крепость, в этакий Сталинград на Днепре, который обороняется до последней возможности. Политическая необходимость в этом была: поскольку речь идёт об областном центре Российской Федерации, да и просто сдавать успешно обороняемую территорию без репутационных потерь нельзя.

Уже многократно звучали сравнения эвакуации Херсона с разными историческими событиями. И с оставлением нашими войсками в сентябре 1812 года Москвы, и с не оставлением Красной Армией в сентябре 1941 года Киева.

В первом случае решение принимали военные, армия была сохранена, через месяц оккупации Москва была освобождена, а ещё через три месяца остатки армии Наполеона — изгнаны из России. Во втором — решающими были политические резоны. Это привело к гибели Юго-Западного фронта, предопределило потерю Крыма и Донбасса, практически всего Левобережья.

В Киев мы вернулись после более двух лет кровопролитных, изнурительных боёв. Вот такое сравнение.

Конечно, ВСУ — не вермахт и не Великая Армия Наполеона. Но с недооценкой нашего врага пора покончить, поскольку перед нами — вовсе не мобилизованные под заборами вооружённые деревянными автоматами.

Перед нами зомби, напичканные НАТОвским оружием, не считающиеся с собственными потерями, тылом, глазами и ушами которых является весь коллективный Запад. Это вовсе не ставит под сомнение нашу итоговую победу. Но лёгкой она не будет и потребует напряжения всех наших сил. Потому и сравнение с самыми масштабными вызовами прошлого вполне уместно.

И действовать мы должны также сосредоточенно как тогда, когда стояли против Наполеона и Гитлера.

Мы ушли из Херсона организованно и без потерь, не в результате каких-то прорывов или невозможности сдерживать давление врага. Но это — поражение. А значит — мы обязательно должны дать сдачи. Не в нашем национальном характере получив удар, оставлять его без ответа. Сосредоточимся на подготовке этого ответа.

Для нас отход из Херсона имеет и то последствие, что фронт приблизился к Крыму. Это заставляет нас ещё раз пересмотреть перечень тех мер, которые необходимо принять для обеспечения безопасности наших граждан и объектов критической инфраструктуры. В основном это дело военных, но мы должны быть готовы оказать им всю необходимую помощь и сами проявлять максимальную бдительность.

И конечно — следует на корню пресекать все эти диванные разглагольствования о «договорняках».